"Нэртис - страна великого отдыха. Неприметно и неощутимо,
безо всяких усилий с моей стороны, лишь в итоге труда моих
друзей сердца, мое эфирное тело медленно изменилось здесь,
становясь все легче, пронизанное духом и послушнее моим
желаниям. Таким, каким является наше тело в затомисах, небесных
странах метакультур, оно становится именно в Нэртисе. И если бы
меня мог увидать кто-нибудь из близких, оставшихся в Энрофе, он
понял бы, что это - я, он уловил бы неизъяснимое сходство
нового облика с тем, который был ему знаком, но был бы потрясен
до глубины сердца нездешней светлотой преображенного.
Что сохранилось от прежнего? Черты лица? - Да, но теперь
они светились вечной, неземной молодостью. - Органы тела? - Да,
но на висках сияли как бы два нежно-голубых цветка - то были
органы духовного слуха. Лоб казался украшенным волшебным
блистающим камнем - органом духовного зрения. Орган глубинной
памяти, помещающийся в мозгу, оставался невидим. Так же
невидима была и перемена, совершавшаяся во внутренних органах
тела, ибо все, приспособленное раньше к задачам питания и
размножения, было упразднено или в корне изменено,
приспособленное к новым задачам. Питание сделалось похоже на
акт дыхания, и пополнение жизненных сил совершалось за счет
усвоения светлого излучения стихиалей. Размножения же - как мы
его понимаем - ни в одном из миров восходящего ряда нет. Там
есть иное, и об этом я скажу, дойдя до главы о Небесной России.
По истечении долгого времени я стал ощущать все
прибывающее, радостное нарастание сил, как будто раскрывание
таинственных и долгожданных крыльев. Не нужно понимать меня
слишком буквально: речь не о появлении чего-нибудь,
напоминающего крылья летающих существ Энрофа, но о раскрытии
способности беспрепятственного движения во всех направлениях
четырехмерного пространства. Это было еще только возможностью -
неподвижность по-прежнему покоила меня, но возможность полета
превращалась из неопределенной мечты в очевидную, открывающуюся
передо мной перспективу. От друзей моего сердца я узнают, что
мое пребывание в Нэртисе подходит к концу." Даниил Андреев.
Роза мира.